Чтобы успокоиться, Анне пришлось выпить еще бокал вина. Ее не переставал удивлять вечно молчащий, тихий, смиренный Алан. Сейчас она почти злилась на него. Как он может быть такой овечкой? Ведь он мужчина! Неужели ему все равно, как ведет себя его жена?!

Майку не нужно было смотреть на Анну, чтобы почувствовать ее раздражение. Он понял, что должен сгладить обстановку, царившую за столиком.

– Анна… – прошептал он, склонившись к ее уху. – Не принимай все так близко к сердцу.

Его рука скользнула под стол и прикоснулась к бедру Анны. Это прикосновение обожгло ее, смыло недавний гнев. Майк почувствовал это и удовлетворенно шепнул:

– Ты хочешь меня?

– Да, – пьянея от желания, пробормотала Анна.

– Сейчас неудобно уйти, – заговорщически подмигнул ей Майк. – Выпьем еще немного и удалимся в апартаменты.

– Хорошо… – От его прикосновений Анна теряла рассудок. Она слишком легко возбуждалась, не зная, достоинство это или недостаток. Во всяком случае, Майку это нравилось. Или в такие моменты он попросту чувствовал себя самцом?

– Милуетесь? – язвительно поинтересовалась Вега.

– Имеешь что-то против? – с вызовом спросил Майк.

Вега не успела ответить. К их столику подошел пожилой мужчина, в глазах которого был написан интерес врача к пациентам. Он тут же представился:

– Алин Прану. Не удивляйтесь, я отлично владею английским. Давно не видел американцев. В Мишвидце – деревеньке, где я практикую, – вообще немного туристов. Вот и захотелось поговорить. Если вы не возражаете, конечно…

– Отчего же? – Вега кивнула Алану на свободный стул за соседним столиком. Алан послушно поднялся из-за стола и поплелся за стулом. – Мы всегда рады новым людям.

– Прекрасно, – оживился Алин. – Когда я ехал в Брашов, у меня было два желания: хорошенько выпить и пообщаться с иностранцами. Одно из них, похоже, близится к осуществлению.