Я теперь отдаю Вере всю свою волю. Мне от этого всего лучше.
И она такая великолепная и все знает.
7 февраля.
Бедная Вера, на нее все напасти вместе. Она медлит. Не решается. Конечно, кто так любит, тому трудно отдать даже немножко от любимого! И вдруг еще неприятность.
Вчера приходил он – мой бывший жених и ее бывший любовник. А сегодня мы узнали, что он застрелился. Вера поражена и говорит, что на ней его смерть.
А он приходил просить ее снова о любви, или… Хоть из жалости… И плакал. Он говорил ей, что хотел забыться мною… что она, Вера, роковая и я тоже, но как раз обратно роковая. Что-то есть во мне без милости, как и в ней, но обратно.
Я слышала все, потому что Вера забыла обо мне. Ее голос был глухой, почти шепот: «Нет, нет, нет…»
Как она страшно умеет повторять одно слово! Именно одно слово выходит у нее страшнее и неумолимее всего.
А он был ужасно искренен и беспомощен вчера. Впрочем, и раньше всегда. Я за то его любила. И с ним чувствовала себя доброй, сильной и большой.
Он такой хорошенький, круглолицый и розовенький. Но у него, при каждом моем взгляде на него, начинали биться веки по слишком ярким глазкам – как бабочки.
Но вчера я немножко улыбалась, слушая из Вериной спальни его такие бессвязные смешные слова.
Он был всегда не совсем в себе. Верно, оттого бабушке и удалось его заманить. Они ведь все со мной забавлялись, но кто же из них решился бы жениться на девушке такого загадочного происхождения?
Он был смелый, он был настоящий, почти как Вера, хотя не умен, как она, и без таланта.
Но тогда мне казалось, что пришла моя пора испытать жизнь женщины…
Теперь же не ищу иной жизни, кроме этой. Вера дала мне больше, нежели я надеялась получить, и жду будущего без нетерпения…