— Именно, — подтвердил граф.

Она приняла предложенную руку — а что еще можно было сделать на глазах у всего зала? — и послушно направилась туда, куда повел кавалер. Лорд Ренминстер оказался выше брата, хотя и Клайву Сюзанна доставала лишь до плеча. Выглядел граф удивительно сдержанным. Слишком сдержанным, если говорить откровенно. Наблюдая, как он идет по залу, мисс Баллистер поймала себя на странной мысли: когда-нибудь знаменитое самообладание даст трещину. И тогда мир увидит истинного графа Ренминстера.

Дэвид Манн-Формсби, граф Ренминстер, давно не вспоминал о существовании Сюзанны Баллистер — с тех самых пор, как младший брат решил жениться на Харриет Сноу, а не на темноволосой красавице, с которой граф сейчас кружился в вальсе. В душе шевельнулось чувство вины. Он увидел, как она деловито идет по залу, пытаясь скрыть напряжение и душевную боль, и сразу вспомнил безжалостное пренебрежение света, постигшее бедняжку сразу после того, как Клайв сделал выбор.

Но ведь она ни в чем не виновата.

Семья Сюзанны, хотя и отличалась безупречной респектабельностью, не могла похвастаться ни титулом, ни значительным состоянием. Так что когда Клайв бросил мисс Баллистер ради мисс Сноу, чей род был настолько же знатен, насколько богат, сплетники тут же принялись насмехаться за спиной Сюзанны, а может быть, и в лицо. Неудачницу начали называть алчной, претенциозной и излишне самоуверенной. Множество светских матрон — из тех, чьи дочки не могли сравниться с Сюзанной ни красотой, ни обаянием — злорадно заявляли, что маленькую выскочку наконец-то поставили на место. Как могла она надеяться на предложение младшего брата графа?

Сам Дэвид считал историю отвратительной, но что он мог изменить? Клайв сделал выбор, и оспорить логичность этого выбора было трудно. Дэвид понимал, что в конечном итоге Харриет станет более подходящей женой.

И все же Сюзанна оказалась невинной и ничего не подозревающей жертвой.