– Этот вопрос, – пробормотал Эдгар, – дьявольски спорен. Но я поклялся с оружием в руках защищать короля Ричарда. Я дал слово и намереваюсь сдержать его. Аксель, когда наступит время, я собираюсь возглавить отряд людей из Эденби и пойти на службу к Ричарду. Полагаю, что ты тоже пойдешь со мной?

Аксель поклонился, выражая молчаливое согласие. Эдгар сказал еще несколько слов о происхождении Генриха Тюдора, которые заставили всех присутствующих улыбнуться, и быстро вышел из зала.

Эдвина расстелила свое шитье на столе, расправила гобелен и заявила, что пойдет навестить свою шестилетнюю дочь Энни, давая тем самым понять, что Аксель и Женевьева могут побыть некоторое время наедине.

Женевьева наблюдала за лицом своего жениха, когда тот смотрел на огонь. Она любила Акселя, очень любила. Он старался говорить мягко и осторожно, излагая свою точку зрения. Женевьева знала, что он всегда тщательно взвешивает каждое слово. Аксель доброжелателен, хороший слушатель, уважительно относится к ее мнению. Женевьева легко могла представить себя его женой и знала, что он будет ей хорошим, надежным мужем и другом на всю жизнь. «Кроме того, Аксель – настоящий рыцарь, – подумала Женевьева с гордостью. – А как он красив!.. Теплые карие глаза… волосы цвета спелой пшеницы… высокий, стройный, хорошо сложенный молодой человек, умный, образованный, с выдающимися способностями к языкам».

– Тебя что-то тревожит? – внезапно сказала Женевьева, внимательно вглядевшись в лицо Акселя.

Он с кислой миной пожал плечами:

– Я не хотел бы говорить об этом, – пробормотал юноша, бросив взгляд на Грисвальда, пришедшего из кухни, чтобы зажечь в зале свечи. Женевьева встала, тихо прошуршав шелком юбок и направилась к вошедшему. Она попросила слугу принести немного вина и шепотом добавила, что не прочь немного побыть с Акселем тет-а-тет.

Грисвальд принес вина и немедленно вышел из комнаты. Аксель и Женевьева уселись за стол, и она мягко погладила его по бронзовой от загара руке, ожидая, когда ее жених начнет говорить.