– Накорми меня!!!

Ужасный рев потряс стены провала. Химнет перегнулся через перила и глянул вниз.

– Твоя новость не стоит и крошки, однако я чту договор. Перегриф подыщет нескольких осужденных или достойных осуждения, чтобы тебя накормить. А палач пусть отдохнет.

– Я жду!!!

Стены и лестница заходили ходуном: это Червь начал погружаться в землю. Однако Химнет знал, что голову он оставит на поверхности и будет ждать, пока ему не сбросят еду; от него просто так не отвяжешься. Для палача эта работа стала уже привычной: разрубить тела жертв на куски, потом отбить их до получения однородной массы и дать чуть подгнить, чтобы Червю было легче высасывать соки. «Никто не может пожаловаться, – подумал Химнет, – что в моих темницах слишком тесно».

Пока он неторопливо поднимался по лестнице, эромакади неутомимо срывали поганки, растущие по стенам шахты. Эромакади представляли собой непрозрачные черные тучки, вьющиеся у ног повелителя; лишь изредка то в одном, то в другом облачке вспыхивали маленькие красные глазки – и тут же прятались во тьме. Безобидные на вид, эти существа наводили ужас на тех, кто знал их истинную природу.

Внезапно сверху донесся чистый и мелодичный, как звон золотых колокольчиков, голос:

– Так вот где вы проводите время! В глубинах Земли – якшаетесь с демонами!

Ошеломленный Химнет вскинул голову и встретил гневный взгляд прекрасных глаз. Но даже гнев не мог испортить совершенных черт ее лица. Химнет упал на колени:

– Моя возлюбленная Темарил, это государственные заботы и ничего больше! Я разговариваю, а не якшаюсь!

Она продолжала хмуриться:

– От вас пахнет гнилью! Сегодня утром я подумала… Я подумала, что мы могли бы поговорить, – и вот где я вас нахожу! Что ж, я рада: это дало мне возможность узнать вашу истинную сущность!