Он говорил деловым тоном, и я виновато вспыхнула:

— Простите за задержку, мистер Хардвик.

Я убрала свои вещи в рюкзак и спрыгнула на землю, едва не наступив ему на ногу. Он непринужденно поддержал меня.

— По-моему, еще слишком рано для выпивки, Трейси! — Его глаза улыбались, а я отшатнулась от него: без покрова темноты пропасть между нами казалась огромной.

— Простите, мистер Хардвик, — повторила я.

Он все еще улыбался, когда я осмотрелась вокруг. Туман почти рассеялся, и солнечный свет развеял завесу над ландшафтом. У меня не было времени полюбоваться красотой болот и истоптанных овцами холмов и долин. Когда я открыла боковую дверь микроавтобуса, до меня донеслось блеяние ягнят и громкий тревожный крик кроншнепов. Я открыла коробку с продуктами и обнаружила остатки хлеба, пакет молока и пару бутылок лимонада.

Мальчики возвращались от ручья и спускались с близлежащих склонов, и их голоса оглашали величественную тишину болот. Колин и Джексон все еще продолжали спорить по поводу горы Кросс-Фелл. Колин обратился к отцу с просьбой разрешить их спор. Мистер Хардвик разложил карту и назвал точную высоту.

— Это самая высокая вершина Пеннинских гор, — пояснил он.

— Нам обязательно возвращаться назад? — спросил Джексон.

— Да. Боюсь, мы и так потеряли слишком много времени. В любом случае мы должны были вернуться домой завтра. Вообще, наш поход, мисс Джонс, оказался слишком коротким. В следующий раз мы запланируем более продолжительную поездку.

— Да, мистер Хардвик, — кивнула я и повернулась к ребятам. — Ничего, мальчики, зато завтра у вас будет время прийти в себя и подготовиться к летнему семестру, который начинается во вторник.

Из двенадцати юных глоток вырвалось двенадцать стонов, и все засмеялись. Час спустя мы были уже на пути домой. Я обрадовалась, что за руль сел Брет. После того как я отправила автобус в кювет, мне было страшно вести его по таким непредсказуемым болотным дорогам.