— Мяч на ее поле. Я оставил ей мой номер телефона.

— И ты собираешься сидеть сложа руки?

— Какого черта ты от меня хочешь? — раздраженно бросил Вудроу. — Приставить пистолет к ее голове и потребовать, чтобы она отказалась от своих прав на девочку и предоставила вам с Мэгги возможность играть в мамочку и папочку? — Он тут же пожалел о своих словах. Он знал, как сильно его брат и невестка любят ребенка. Он почесал рукой затылок. — Я не хотел, прости, — сказал он устало. - Просто у меня плохое настроение. Ты же знаешь, как я ненавижу эти большие города.

— Да, я знаю, поэтому еще больше ценю то, что ты для нас делаешь.

Вудроу хмыкнул.

— Да уж. Как будто у меня был выбор.

— Привези ее сюда.

Он крепче прижал трубку к уху.

— Что? Повтори еще раз!

— Привези сестру Стар на ранчо. Вполне понятно: она не захочет доверить опекунство своей племянницы совершенно незнакомым людям. Пусть она познакомится с нами, пусть увидит: мы — самые обыкновенные люди.

— Обыкновенные? — повторил Вудроу, затем разразился смехом. — Ну, брат, в жизни семейства Таннер нет ничего обыкновенного. Мы живем от одного скандала к другому, без всякой передышки.

Элизабет нервно теребила в руках кусочек бумажки, который она минутой раньше достала из кармана. Цифры, нацарапанные на ней, — номер телефона Вудроу Таннера. Он просил, чтобы она позвонила ему, когда будет готова разговаривать по поводу опекунства. Но она еще не приняла никакого решения, слишком мало прошло времени с того момента, как она узнала о смерти сестры.

Но у Элизабет были вопросы. Сотни вопросов. Как умерла Рене? Была ли она одна в этот момент? Сколько лет ее ребенку? Похожа ли девочка на мать? Почему отец Вудроу не женился на Рене? Где она жила? Где работала? Где она похоронена? Упоминала ли она когда-нибудь, что у нее есть семья? Рассказывала ли она о своей сестре?