— К тремстам годам!… О, папа! — подавленно прошептала Дженнифер.

Наконец-то все стало понятно. Арабелла тоже предостерегала ее. Потрясенная, подавленная, Дженни чувствовала, что теряет силы. Неужели Норман предал ее? Как мог он так откровенно лгать? Выкуп! Она закрыла глаза и, отказываясь верить безжалостным фактам, в отчаянии покачала головой.

Мучившие ее неясные сомнения по поводу их поспешной свадьбы оборачивались чем-то действительно серьезным. Уже дав согласие, Дженни безуспешно пыталась отсрочить бракосочетание, чтобы еще раз все обдумать. И вот оказалась обрученной с человеком, которого даже не сможет уважать. Который, вероятно, ничего к ней и не испытывает.

— Но он… говорит, что любит меня! — воскликнула она со слабой надеждой.

— Ну, конечно, любит! — горячо уверил ее отец, стараясь избавить от сомнений.

— Я думаю, не так уж трудно полюбить женщину, — с несвойственным ей цинизмом ехидно сказала Дженни, — которая сходит по тебе с ума и к тому же обладает солидным приданым.

Отец пожал плечами.

— Ты тоже получишь немало. Во-первых, половину его так называемого приданого. А после моей смерти и мою половину собственности. Ты же знаешь, ты — единственная наследница.

Дженни с грустью отметила, что в планы отца не входит оставить хоть что-нибудь ее матери.

— Надеюсь, ты не рассчитываешь купить этим мое согласие? — невесело спросила она.

— Тебе самой понравится быть богатой, — сердито заметил отец. — Это всем нравится.

— А Норман знает, что потом я унаследую твою долю? — задумчиво спросила она.

Отец кивнул.

— Так или иначе, он в конце концов получит в свои загребущие руки все состояние Хоксфилдов. Полностью. Ну, так что с того? Он любит тебя. Ты любишь его. Это не так уж плохо.

— Просто замечательно! — возмутилась Дженнифер. — Ты думаешь, я могу выйти замуж за расчетливую крысу?