— Нет. Он никогда не рассказывал мне. Наверное, это произошло, когда умерли его родители, — предположила Дженнифер. — Они с Эдгаром были в школе лучшими друзьями. Разве не достойно уважения, что Боулинзы взяли мальчика к себе? Жаль, что сами они не смогли приехать. Белла была совсем ребенком, когда Норман попал к ним. Он стал ее кумиром, как это часто бывает у маленьких детей по отношению к более старшим, — сказала она с теплым чувством. — Как чудесно жить в нормальной семье, где все любят друг друга, — добавила Дженни и тут же прикусила язык, покраснев от своей бестактности. — Я имела в виду…

— М-да. Ну, у тебя была любящая мать, — ничуть не смутился Фрэнк, — а у Нормана — любящая Арабелла.

— Я не ревную. Он действительно любит меня, Фрэнк.

— Конечно. — Отец неуклюже потрепал ее по плечу. — Но не рассчитывай, что я тоже буду любить его.

Дженни вздохнула. Немало времени пройдет, прежде чем она сможет наладить отношения между ними. Взглянув на Фрэнка, она заметила в его глазах что-то похожее на заботу. О как она была признательна ему за этот намек на добрые чувства.

Дженнифер слегка погладила отца по щеке, и он не отстранился, как будто даже растрогался. Тогда она поцеловала его. И обняла. И он сделал то же самое, торопливо и неловко. Потом грубовато оттолкнул ее.

— Ох, уж эти невесты! Все их тянет на сентиментальность, — с явно наигранным неудовольствием протянул Фрэнк, поворачиваясь, чтобы уйти. Он удалился так поспешно, что это было похоже на бегство. Но не потому, что был рассержен. Просто боялся проявить слабость и быть уличенным в проявлении нежных чувств. А Дженни, светясь от счастья, направилась к матери.

Они оживленно болтали о разных пустяках, как вдруг с беспокойством мать заметила:

— Что-то Нормана долго нет. Надеюсь, ничего не случилось.

Смех замер на устах Дженни, когда она посмотрела на часы: прошло уже целых двадцать минут, как Нормана увела Арабелла. Поглаживая бриллиантовую насечку на браслете, Дженнифер попыталась успокоить встревоженное сердце.