Дима хмыкнул, откладывая пачку в сторону, пока Влад пристально изучал его. А Дима и сам не мог понять, что именно чувствует. Он всегда был реалистом, и старался смотреть на мир без розовых очков. Так что никакой логики в своём поступке сейчас он не видел. Да, девушка нуждалась в помощи, хоть и не просила её. Да, она была глубоко несчастной, но она делала всё, что делала, только повинуясь своим желаниям. Или нежеланиям, — в любом случае, это был только её выбор. С другой стороны, ему было искренне жаль её, и он хотел помочь ей, а ещё в его сердце был крохотный росток нежности, который он усиленно пытался не замечать. Будь это его женщина, или хотя бы девушка, к которой он испытывал бы симпатию, он бы разорвал в клочья любого, кто посмел бы посягнуть на его собственность. Но он абсолютно её не знал, и всё же, «отдавать» Ратмиру не собирался. Вообще, он только сейчас задумался, что он не думает о том, чего хочет сама Аня. Как, конечно же, не думал об этом Ратмир. Они просто перемещали её по «шахматной доске», не считаясь с её пожеланиями.

— Он знает, что она здесь, ведь так? — закуривая, спросил Дима, щурясь от густого табачного дыма.

— Света всё рассказала ему. Если я не привезу её ему, он приедет сам.

Дима ухмыльнулся. Чёртов наглый сукин сын, считает, что имеет право приезжать и уезжать к нему, когда ему вздумается. А это он всегда терпеть не мог.

— Вот скажи мне, Влад, — Дмитрий перегнулся через стол, вглядываясь в лицо друга, — Ты что, считаешь, что я должен сейчас подорваться, да ещё и с извинениями везти к нему девочку, которая его боится, как огня?

Влад допил кофе и отставил чашку в сторону.

— Я считаю, что Ратмир, наглый сучонок, которого нужно было бы поставить на место. Это я тебе говорю, как человек со стороны. А как твой друг я скажу тебе: Дим, разбуди девушку, попрощайся и предоставь её мне. А потом занимайся своими делами, хочешь, продолжай бухать, хочешь, слетай отдохни куда-нибудь. Он покозлился, ты ответил ему тем, что его девушка сейчас у тебя. Расходитесь миром.