Все получилось просто замечательно. До санатория Елизавета добралась без происшествий. Поселили ее в двухместный номер, но вторая койка пока пустовала. Консьержка объяснила Елизавете, что ее соседке крупно не повезло. Не успела приехать на юг, как сильно заболела. С приступом почечной колики ее отвезли в больницу. Елизавета выслушала душещипательную историю, но особенно не огорчилась. Жалко, конечно, человека, но что делать.

Просыпалась рано, быстренько одевалась и вприпрыжку мчалась на пляж. Удивительное дело, но ранние пробуждения не похожи на домашние. В Москве она каждое утро, с трудом продирая глаза, долго и мучительно выползала из сна, несмотря на настойчивый звон будильника, и почти всегда чувствовала себя невыспавшейся и разбитой. А здесь вроде бы не было нужды вставать чуть свет, спи себе, отсыпайся. Ничего подобного. В шесть утра, как по команде, она распахивала глаза. Тело не ныло, не томилось после ночи, настроение было отличным, не хотелось пропустить ни минутки, ни секундочки южного благолепия. Душа желала впитать в себя небо, море, растительность, буйную и необыкновенную, горы на горизонте, облака, запомнить каждое утро. Она выбегала на балкон, и сердце обмирало от счастья. На пляже почти никого не было. Парочка энтузиастов преклонного возраста, совершающая утренний заплыв, да редкие рыбаки. На завтрак она не ходила. Не хотелось терять волшебные утренние ощущения из-за тарелки каши.

После девяти утра пляж заполнялся, а ровно в десять начиналось ежеутреннее шоу, на которое можно было смотреть бесконечно. Елизавета любовалась зрелищем пятый день, и оно по-прежнему доставляло массу удовольствия и веселило необыкновенно. На пляже появлялся он, воплощение грез и мечтаний юных красавиц. Молодой человек, которого природа и впрямь наградила выдающейся внешностью, но, как подозревала Елизавета, обделила в более важных вещах.