– Не смей.

Она даже не взглянула на него.

– Ты забрался в мою квартиру, почему я должна с тобой церемониться?

– Потому что я больше не улыбаюсь.

Она медленно повернула к нему голову.

С края ванны на нее смотрело дуло маленького черного пистолета. Он снял его с предохранителя и взвел курок.

– При мне действительно кое-что есть, дорогая. Это пушка.

«Эге, вот так номер!» Эрин быстро прокрутила в уме возможные варианты развития событий. К несчастью, все они заканчивались одинаково – пулей.

Эрин рано усвоила, что люди редко видят дальше своего носа. Главное – держаться уверенно, тогда станешь хозяином положения.

Однако один-единственный взгляд на громадного каджуна, едва умещавшегося в ванне, убедил ее в том, что она наконец встретила достойного противника.

Даже голый и окровавленный, он держался высокомерно и в данный момент безусловно был хозяином положения. И все же нельзя не признать, что этот человек дьявольски красив.

Продолжая мысленно прикидывать, как вернуть утраченные позиции, Эрин рассеянно скользила взглядом по его телу. Стройная голень, опиравшаяся о край ванны, едва заметный краешек мускулистого бедра. Взгляд Эрин остановился на набухшей вене, сбегавшей по бицепсу, и это, к несчастью, вернуло ее мысли к пистолету, который он держал в руке.

– Брось мне мои штаны, ангелок! – Его тон не допускал возражений. Он приказывает, ему подчиняются. Иначе будет хуже.

И это придало ей силы, потому что Эрин была не менее упряма и столь же решительна. Может быть, это он встретил в ее лице достойного противника. Потребовалось более трех лет жизни в относительном комфорте и покое, чтобы немного смягчить ее характер.

Она снова покосилась на пистолет, а затем медленно подняла джинсы. Если бы удалось накинуть их на дуло пистолета, можно было бы попытаться выскочить на балкон и удрать. Он скорее будет следить, чтобы она не сбежала через дверь ванной. Не Бог весть какой шанс, но другого не будет.