Свет фонаря мог ее выдать. Где-то далеко позади завыли полицейские сирены, через несколько минут ребята уже будут здесь. Вряд ли теперь мерзавец Лиг будет выжидать в каком-нибудь темном углу, чтобы нанести ей удар в спину. Нет, он скорее всего постарается унести подальше отсюда свои поганые ноги. Ноги, с которых капает кровь. «Хоть бы ты весь истек кровью, сукин сын!» И все же из-за темноты она теряла драгоценное время. Хорошо хоть за убийцей тянулся отчетливый кровавый след. «На сей раз удача тебе изменила, Лиг!»

Через полчаса Виктория остановилась у подножия крутого склона. Идти вверх не имело смысла — фонарик угасал и, как бы Виктория его ни трясла, большей мощности он выдать не мог. Далеко позади мигали огни полицейских машин, запрудивших хозяйственную площадку. Убедившись, что от гаснущего фонарика толку не будет, Виктория со злостью швырнула его в кусты и решительно двинулась назад. Она еще вернется, захватит с собой кое-какие вещи и обязательно вернется.

Углубившись в размышления, девушка не заметила, как по ее щекам медленно покатились слезы.

Подперев плечом стену, Виктория молча наблюдала, как деловито и равнодушно полицейские пихнули тело ее лучшего друга в мешок, а затем с размаха забросили его в фургон. В то же самое время погрузили в машину «скорой помощи» носилки с дочерью сержанта Аллена. Она все еще была без сознания.

Хорошо хоть осталась жива.

На сей раз Айви Лигу не удалось завершить свое черное дело, и он наверняка сейчас бесится от этого. Что ж, надо воспользоваться, ведь он явно утратит бдительность.

Подняв воротник от ветра, Виктория сунула руку в карман за сигаретами и, закуривая, машинально прислушалась к разговору полицейских. Скоро сюда прибудет ее новый напарник по работе, причем с лошадью — она передала свою просьбу по рации. Но где же, черт побери, его носит?

Виктория откинула со лба волосы и потерла воспаленные глаза.