Том был очень внимателен к ней, слишком внимателен… Гладил ее по голове, часто разговаривал с ней. В семье он вел себя иначе, чем при соседях и посторонних: любил командовать и повелевать.

Когда Вивьен отправлялась в спальню, Том непременно приходил к ней перед сном. Он мог подолгу рассказывать ей о чем-нибудь, сажал ее на колени, гладил по рукам, по спине. С самого начала она чувствовала что-то странное в его отношении к ней… Вивьен потерла глаза и нервно сглотнула. Почему гадкие воспоминания лезли в голову именно сейчас? Пожав плечами, она уставилась в пустоту.

…В тот день они с Сабриной играли допоздна. Диана ушла спать рано, а Том долго сидел в кухне, читая газеты. Когда она отправилась наконец в свою спальню, хозяин дома проследовал за ней. Как обычно, склонившись над ее кроватью, он поцеловал ее в щеку, потом нервно оглянулся, вернулся к двери, запер ее на замок и опять приблизился к Вивьен. Она до сих пор помнила, как отвратительно пахло в воздухе. То был даже не запах, а нависшее над ней предчувствие надвигавшейся беды.

Том сдернул с нее одеяло и принялся обнимать ее и целовать широко открытым слюнявым ртом. Ею овладел страх, и она стала вырываться. Он свирепел и уже причинял ей боль, крепко сжимая ее руки, царапая нежную кожу. Что помогло ей тогда, что придало сил? Охваченная паникой, Вивьен боролась отчаянно и бесстрашно, пинала его ногами, кусала его, получая в ответ удары и пощечины. Наконец, устав от ее сопротивлений, мужчина выскочил из комнаты, громко хлопнув дверью.

Вивьен слышала, дрожа от ужаса, как проснувшаяся от шума Диана сбежала по лестнице, как Том возмущенно рассказывал ей что-то о неслыханной наглости…

Наутро она попыталась поговорить с Дианой, но та пришла в бешенство.

— Где ты научилась так бессовестно, так изощренно лгать, маленькое ничтожество? — орала она, багровая от злобы.