Тулли Арчер, почетный тренер-координатор "Чикагских звезд", отойдя от Рида, двинулся к Фэб. Абсолютно белые волосы, кустистые брови и испещренный красными прожилками нос делали его похожим на безбородого Санта-Клауса.
- Ужасное событие, мисс Сомервиль. Ужасное. - Он прочистил горло ритмичным "кха-кха". - Даже не верится, что мы с вами никогда не встречались. Берт и я прошли плечом к плечу долгий путь, и мне его будет очень недоставать. Не то чтобы мы всегда могли столковаться. Случалось, как говорится, всякое. Старина Берт бывал иногда чертовски упрямым. Но несмотря ни на что, мы долгое время были рядом.
Он все еще продолжал трясти ее руку, произнося приличествующие событию слова. Этот импозантный пожилой человек, выглядевший чуть ли не древним стариком, долгие годы со знанием дела тренировал профессиональную футбольную команду, и те, кто видел его за работой, никогда не сказали бы, что он даром ест свой хлеб.
Он любил поговорить, но в момент очередного покашливания Фэб перебила его:
- Очень мило с вашей стороны высказать все это, мистер Арчер. Вы просто конфетка.
Тулли Арчер на своем веку получал всякие прозвища, но еще никогда в жизни его не называли "конфеткой", и это обращение на время лишило старика дара речи, чего Фэб, вероятно, и добивалась, поскольку тут же отвернулась от него, впрочем, лишь за тем, чтобы лицезреть целый отряд чудищ в мужском облике, выстроившихся в шеренгу для выражения персональных соболезнований.
Они переминались с ноги на ногу в ботинках размером с добрую каботажную посудину.