Ее называли по-разному, но приятной - никогда.

- Чего ты хочешь?

- Как насчет небольшой бессмысленной болтовни для начала? Прекрасный вечерок, не так ли?

Она не хотела позволить ему втянуть себя в новую игру. Он вздохнул и пошел рядом, приспосабливаясь к ее коротким шажкам.

- Погода действительно прелестная. Днем все еще жарко, но по ночам уже чувствуется наступление осени. Она ничего не сказала.

- Здесь действительно приятный район. Она продолжала идти молча.

- Послушай, ты могла бы хоть отчасти поддержать эту беседу.

- Мы, развратницы, не любим пустой болтовни. Он засунул руки в карманы и спокойным тоном сказал:

- Фэб, я сожалею. Мой норов одержал надо мной верх. Этому нет извинения, я знаю, но это правда. Если уж кто и развратник, так это я.

Она ожидала взрыва гнева, а не смиренных речей. Раны, которые он ей нанес утром, все еще болели, и она ничего не ответила.

- Похоже, я постоянно перед тобой за что-то извиняюсь. Это повелось у нас с самого начала, не так ли?

- Я думаю, что мы - как масло и вода. Он отстранил рукой ветку, которая нависала над дорожкой.

- Я бы сказал, что мы скорее напоминаем с тобой бензин и паяльную лампу.

- В любом случае, я думаю, нам следует, насколько возможно, сторониться друг друга.

Она остановилась возле фонарного столба.

- Я ничего не могу сделать в отношении твоих вынужденных каникул, ты же знаешь. Рон отказался отменить свой приказ, и я не стану мешать ему в его работе.

- Вам известно, что вы нарушаете условия моего контракта?

- Я знаю.

- Меньше всего тебе сейчас нужен судебный процесс.

- Это я тоже знаю.

- Как насчет того, чтобы мы заключили сделку?

- Какого рода?

- Ты проведешь со мной день в следующую субботу, а я не подпущу к тебе моих адвокатов.

Из всех возможных вариантов этот был последним, который мог бы прийти ей в голову.