Из своих собственных наблюдений Марк знал, что принятые законы не способны что-то изменить: многие не в состоянии купить себе хорошее жилище, поэтому все равно будут ютиться в инсулах, какие бы ограничения не устанавливались законом. Гражданская гордость, превратившись в национальную манию, вошла в противоречие с желанием каждого римского гражданина жить только в городе, а это всегда запруженные улицы и перенаселенные дома. И среди роскошных особняков на Палатинском холме, где владение даже четвертью акра земли считалось большой роскошью, и в крошечных каморках в инсулах, все население Рима боялось грязи и болезней, но никто не собирался уезжать из города. Хотя отбросы и мусор вывозились рабами на повозках, закон требовал от домовладельцев и торговцев ежедневно убирать свои помещения. Исправно работала обширная система дренажных канав, уносивших жидкую грязь и отбросы под землю, но городским жителям казалось, что все их усилия бесплодны, количество мусора продолжало расти.

Марк прищурился на солнце, оглянулся и направился в сторону журчащей воды. С жарой и пылью римляне боролись, используя огромное количество чистой и постоянно обновляемой воды: в огромных общественных банях, по четырем водопроводам выливались миллионы галлонов чистоты и прохлады; живительная влага журчала и сверкала на итальянском солнце в тысячах общественных и частных фонтанов, служивших для домов источником чистоты. Рим очищался водой.

Марк подошел к ближайшему фонтану ополоснуть лицо. Мраморная Диана, богиня охоты, с распущенными волосами, перевязанными кожаным ремешком, перекинутым за спину колчаном со стрелами, стояла в мраморной чаше, вода каскадами лилась из ее протянутых рук. Умыв лицо, он повернулся и чуть не столкнулся с каким-то рабом, склонившимся над плакатом, прикрепленным к основанию фонтана. В нем сообщалось о предстоящих гладиаторских поединках.