Его поверенный сказал, что она хорошенькая.

Не то слово.

Его невеста была прекрасна и восхитительна. Легкий румянец придавал ее жемчужно-белой коже мягкое сияние. Каштановые волосы рассыпались по плечам, а часть локонов была схвачена на затылке черепаховым гребнем.

Она была похожа на флорентийскую Венеру. Она была создана из алебастра и фарфора, с нежно-розовыми губами и изящными изгибами бровей. До этого момента он никогда не задумывался над тем, какой у женщины нос. У его невесты он был идеальным. А подбородок был удивительно твердым и свидетельствовал об упрямом характере.

А какого цвета у нее глаза? Уж конечно, не карие. Они должны быть какого-то необыкновенного цвета, чтобы соответствовать ее лицу.

Боже, они были голубовато-зелеными, как вода в Багамском море!..

Он сделал шаг вперед и остановился. Он должен стоять у алтаря и ждать, пока она подойдет к нему. Кажется, так того требует свадебная церемония? Невеста медленно шла мимо родственников и друзей, заполнивших часовню, в своем девственно-белом кружевном платье, демонстрируя полную готовность принести себя в жертву чудовищу.

Он понял, что не может ждать, и прежде чем дядя смог остановить его, Маршалл сделал два шага по проходу навстречу Давине Макларен.

Она остановилась в середине прохода. Она не вздрогнула, когда он подошел к ней, и не отвела взгляд.

Храбрая девушка.

Когда он подошел достаточно близко — так, чтобы его не могли услышать, он сказал:

— Вы выглядите испуганной.

Она сдвинула брови, но ничего не сказала в ответ. По-прежнему завороженный, он смотрел на нее. И вдруг с удивлением заметил, что она зарделась. Румянец странным образом не добавил ей прелести, скорее наоборот.

— Вам не идет румянец, — сказал он.

Она удивилась.

— Вообще-то я редко краснею. Но я редко выхожу замуж.