Темпл проглотил остальные возражения и только робко спросил:

— А где вы желаете беседовать с претендентками? Уж конечно, не здесь, не в Эшли-Корме?

Гарри, сощурив глаза, провел пальцем по колонке цифр. Управляющий его покойного кузена крал слишком много.

— Этого злодея следует повесить — надо же было так истощить имение! Что ты спросил? О нет, любая разумная женщина только глянет на это уродство и убежит, вопя от ужаса. Подыщи что-нибудь в городе — место, где можно будет встретиться с дамами и спокойно с ними поговорить. Разумеется, с каждой по отдельности. Групповые встречи не подойдут ни под каким видом.

— Разумеется, — согласился Темпл и, спотыкаясь, вышел из комнаты. В голове у него все перепуталось, и единственное, что хоть как-то подбадривало, — это мысль, что жена Гарри, кем бы она ни оказалась, непременно потребует, чтобы в этом доме провели хорошую уборку. От чердака до подвала.

Гарри только собрался сделать пометки о первых неотложных нуждах поместья, как раздался высокий пронзительный вопль, выдернувший его из кресла. Гарри подскочил к двери и столкнулся в дверном проеме с Темплом.

Секретарь как-то жалко улыбнулся, и Гарри немного растерялся.

— Дети… кто-то ранен?

— Павлины, — лаконично ответил Темпл.

Гарри моргнул и успокоился.

— Павлины? О, павлины. Да, точно, они орут как сумасшедшие. Я думал, кто-то из детей…

Его слова оборвал очередной вопль, от которого просто кровь застыла в жилах. Прежде чем Гарри смог вдохнуть, мимо него по коридору промчалась большая сине-зеленая птица. Перья ее когда-то великолепного хвоста были повыдерганы, а оставшиеся — перепачканы грязью. Вслед павлину неслись уханье и крики — трое младших детей с грохотом мчались за несчастной птицей. Энн остановилась у широкой изогнутой лестницы, запрокинула голову и издала жуткий вопль, от которого волосы Гарри встали дыбом.