Ее сердце бешено заколотилось.

Дэвид тоже учился в «Саннисайд», и Элеонора долго боготворила его, глядя на него снизу вверх, мечтая только о том, чтобы он наконец заметил ее. А он, казалось, и не подозревал о ее существовании — она была младше его на пару лет. И когда он ушел из школы, даже не попрощавшись с ней, Элеонора чувствовала себя опустошенной и покинутой.

— Вот это да! Привет! Ты ведь Элла, да? — Он улыбался белозубой улыбкой, которая особенно ярко выделялась на его смуглом лице. — Вот так сюрприз. Прямо-таки взрыв из прошлого.

— Не ожидала, что ты меня узнаешь, — неловко призналась Элеонора.

— Ну, ты не так уж сильно изменилась, хоть и повзрослела.

— Ты тоже.

— А давно ты закончила «Саннисайд»?

— Три года назад, — ответила Элеонора, принимаясь пробивать чек.

— Наверное, ты уезжала оттуда с радостью. Как же я ненавидел это место! И чем ты потом занималась?

— Работала.

— Встречаешься с кем-нибудь?

— Нет… Я…

— Вечно эти кассирши! Только бы болтать, никогда не работают, — нарочито громко высказалась женщина, которая стояла в очереди сразу за Дэвидом.

— Вечно эти сварливые тетки! Только бы поворчать, — ответил Дэвид таким же тоном.

— Мне и в самом деле нельзя болтать, — виновато признала Элеонора.

— Это еще почему? Ты же не механизм какой-нибудь. — Он полез в карман. — О нет! Черт!

— Что случилось?

— Я выскочил из дому в спешке и забыл бумажник. Боюсь, я не могу за все это расплатиться, — кивнул он на свои скудные покупки.

— А кредитки у тебя нет?

— Она тоже в бумажнике.

— Забирай. Тут не такая уж большая сумма. Я вычту ее из своей зарплаты.

— Ты серьезно?

— Да.

— Ладно, во сколько ты освободишься?