Морея с трудом перевела дух.

— Ну что ж... А почему папа так уверен, что именно Ридж может спасти его?

— Я так не говорила.

Но Морея не слушала.

— Потому что Ридж победил меня в прошлом году, когда мы занимались делом Симмонсов?

— Ну, наверное, это говорит в его пользу, — дипломатично ответила Мередит.

— Самый странный комплимент, который я когда-либо получала в своей жизни, мама. Ну ладно, я поговорю с Риджем.

Лицо Мередит выразило облегчение.

— Если бы тебе удалось убедить его встретиться с Чарлзом, поговорить с ним...

— Подожди, ты думаешь, что Ридж даже не захочет говорить с папой?

Мередит отвела глаза, и вновь на ее лице появилось измученное выражение.

— Понимаешь, пока что вопрос так не стоял. Я ездила к нему одна, чтобы просто узнать его мнение...

— Значит, ты поехала, не предупредив папу.

— Я считаю, что папу не следует ставить в известность, пока мы не узнаем мнение Риджа. Но Ридж мне сказал, что вряд ли займется этим делом...

— Возможно, он прав. Дело в том, что мы с ним являемся оппонентами в другом деле, поэтому мне не очень удобно просить его защищать отца.

— О, я не подумала об этом.

— Кроме того, ему, вероятно, не слишком хочется представлять интересы человека, который даже не удосужился приехать к нему сам. — Морея вздохнула. — Но тем не менее, мама, я поговорю с ним. Хотя ничего не обещаю.

Мередит не ответила. Это удивило Морею, которая ждала от нее хоть какой-то реакции.

Качели жалобно скрипнули. Мередит продолжала:

— Наверное, следует рассказать тебе все до конца.