Секретарь принесла кофейник и, не говоря ни слова, разлила кофе в маленькие чашки. Одну она поставила возле Риджа, а вторую, плеснув в нее сливок, возле Мореи.

Значит, Колтрейн здесь не так уж долго, поняла Морея, иначе Синди давно бы уже угостила его кофе. Чего же он тогда придирается к ней за опоздание?

Ридж взял в руки чашку без блюдца, длинными пальцами как бы лаская раскаленный фарфор.

— То, что надо, — проговорил он, отхлебывая темную жидкость.

— Ну вот, может быть, тебе тоже захочется когда-нибудь иметь все это.

— Фарфоровые чашки, восточные ковры и скоростные лифты? И все те компромиссы, к которым они обязывают? — Он покачал головой. — Ну, нет. Просто теперь я стану советовать своим клиентам нанимать тебя для своих будущих разведенных половин.

— Спасибо, — сухо откликнулась Морея.

— И таким образом буду продолжать иметь возможность пить твой кофе, наслаждаться обстановкой, парковаться в престижном углу и ни за что это не платить.

— Я вижу, ты поменял машину, — вместо ответа сказала Морея.

— Что, бросается в глаза?

— Особенно когда стоит в престижном углу.

— Не злись, Морея. Ведь эта стоянка никогда не бывает заполнена, так почему бы мне там не припарковаться? Фирма все равно ведь платит за нее, есть там свободные места или нет. На самом деле ты должна быть мне благодарна.

— За что же?

— За то, что я создаю вид, будто ваша фирма процветает, будто у нее полно клиентов. — Он откинулся в кресле. — Ну так скажите мне, госпожа советник, собирается ли Кэти Мэдисон отказаться от своего невыполнимого требования и уступить Биллу их совместный бизнес?

Нарочитая небрежность тона не обманула Морею: он явно перешел в атаку. И поэтому она ответила почти ласково:

— Очень удачно сформулированный вопрос, мистер Колтрейн.

— Ну и что ты ответишь? — усмехнулся он.