Она тихо вышла из комнаты, махнув ему рукой на прощание. В комнату возвращались участники дела, и один из адвокатов восхищенно взглянул на ее удаляющуюся фигуру. Не заметив этого взгляда, Алекс Паркер быстро пересекла холл и, пройдя через несколько коридоров, оказалась в своем кабинете.

Это была большая комната, обставленная мебелью в мягких серых тонах. На стенах висели две красивые картины и несколько фотографий. Интерьер завершали большой цветок в горшке, мебель из мягкой серой кожи, великолепный вид на Парк-авеню с двадцать девятого этажа небоскреба, где располагались офисы «Бартлетт и Паскин». Компания занимала восемь этажей, и в штате было около двухсот адвокатов. Раньше, сразу после окончания юридического колледжа, она работала в более крупной фирме на Уолл-стрит, но здесь ей нравилось больше. У ее первой фирмы была антимонопольная направленность, чего она никогда не любила. Это была слишком сухая специфика, научившая ее, однако, обращать внимание на детали и быть крайне тщательной в своих изысканиях.

Усевшись за стол, Алекс просмотрела несколько записок — две от клиентов и четыре от других адвокатов. Три дела были уже готовы к слушанию, и еще над шестью она в данный момент работала. Кроме того, ей только что поручили еще два крупных процесса. Впрочем, Алекс это не пугало — она привыкла быть загруженной по уши. Она любила высокий темп и напряжение. Именно это в течение долгого времени не позволяло ей заводить детей — она просто не была уверена, что сможет втиснуть ребенка в бешеный ритм своей жизни и любить его так, как она любила свою юридическую деятельность. Обожая выбранное ею поприще и всякий раз предвкушая предстоящую схватку в зале суда, она в основном выступала как адвокат, любила трудные дела и всегда старалась защищать людей от пустячных тяжб.