- Тихо, крошка моя, не шебуршись. Паспорт твой полежит здесь, пока ты у меня будешь жить. Сбежишь - пеняй на себя.

Он хлопнул меня по ноге ручкой пистолетика.

- Садись, не расстраивайся, ничего плохого я тебе не сделаю. Просто задам несколько вопросиков. Ты ответишь и я объясню, что тебе надо будет делать. А после, - иди на все четыре стороны, куда хочешь. Значит, ты из славного города Славинска. И зачем же сюда явилась?

Я не имела права говорить ему о рукописи Леонид Матвеича и потому пометавшись, сказала.

- Хочу поступать в институт...

Старик приподнял свои огромные брови, блеснули маленькие глазки.

- Значит, учиться? Умница! А то, что все уже документы подали, а платный ВУЗ ты не потянешь, это как? Не ври.

Он встал и подошел ко мне.

Его кривопалая лапа схватила меня зашкирку, приподняла со стула и он, повторив, - не ври мне никогда! - крепко усадил снова на стул, так, что у меня заболел копчик, - старик-то оказался ещё и сильным!

И вообще он не выглядел сейчас тем добреньким дедушкой, который брел вчера со мной по бульварам...

- Что за листочки у тебя в рюкзаке? - Спросил он и я поняла, насколько во всем прокололась! Во всем.

Я сдержалась, чтобы не заплакать. Ведь не была же я ревой! Старик вроде бы сжалился надо мной и сказал, - ладно, можешь не говорить! Я все и так понял, я ведь, глупышка ты моя, умный. Умный, в отличие от того дурня, который понаписал ту дребедень, которую ты, конечно же, привезла, чтобы показывать в Москве и всех поражать его талантами... Как там? Михаил Чекан? Псевдоним, кончено, дохленький, но для такой рукописьки - сойдет. Теперь мне надо знать, почему ты скрываешься под видом мальчишки? Натворила что, там, у себя?

Я захолодела: неужели он догадался и о том, что я обокрала свою семью?..

Конечно, мой злобный и в пьяни жутко агрессивный папаша уже сбегал в милицию и меня ищут по всем местам!

Но я ответила довольно беззаботно, - так мне казалось!