- Ты проголодался, Дэвид? Я принесла от Лонстонов чудесный бульон.

Он понимал, что должен постараться что-нибудь съесть - хотя бы ради сестры. Но даже мысль о пище вызвала у него дурноту.

- Нет, спасибо. Может, немного попозже. - Он посмотрел в окно. - Тебе пора идти. Скоро стемнеет.

Салли пожала плечами. В своем скромном сером платье она казалась типичной гувернанткой. Дэвид с грустью подумал о том, что после его смерти никто уже не вспомнит, как Салли маленькой девочкой скакала верхом на пони и с радостным визгом бегала босиком по траве. Они были так счастливы в детстве, среди зеленых холмов Херефорда, С тех пор прошла целая вечность...

Взглянув на сестру, Дэвид сказал:

- Пора домой, Салли. Я не хочу, чтобы ты оказалась на улице ночью.

Салли улыбнулась. Она слишком хорошо знала брата, чтобы испугаться его строгого взгляда.

- Хорошо. Сейчас дам тебе лекарство и уйду. Взяв со столика у кровати пузырек с опием, она осторожно наполнила ложечку и поднесла лекарство к губам Дэвида. Он быстро проглотил жидкость, почти не замечая вкуса вина и пряностей, добавленных для того, чтобы смягчить горечь опия.

Приподняв брата за плечи, Салли дала ему немного воды. Когда он попил, она осторожно уложила его, устроив поудобнее на подушках. Сначала Дэвид очень раздражался - раньше он, старший брат, заботился о сестре, а теперь же их роли переменились. Однако ему пришлось смириться, ведь он был совершенно беспомощный, а Салли оказалась прекрасной сиделкой.

- Спокойной ночи, Дэвид. - Она расправила одеяло, покрывавшее его неподвижное тело. - Я приду завтра после полудня.

Окинув взглядом столик, Салли удостоверилась в том, что брат сможет дотянуться до бульона, воды и опия. Опий, во всяком случае, должен был ночью ему понадобиться. Стараясь держаться прямо и сохранять невозмутимое выражение лица, она направилась к двери. К счастью, в комнате было слишком темно и брат не мог увидеть безнадежность в ее взгляде.