— Я вам дам шлепок, — пригрозила Молли и стала тужиться, преодолевая последнюю головокружительную боль.

Ребенок появился на свет с воплем, эхом отдавшимся от стен родильного зала. Молли сквозь текущие по лицу слезы наблюдала, как доктор повернул головку, плечи, тельце.

— Девочка! — Засмеявшись, она уронила голову на подушку. Девочка! Она это сделала! И разве Фрэнсис не будет гордиться? Измученная, Молли слушала первые крики своей дочери.

— Даже не пришлось шлепать по попке, — заметил доктор. Маленькая, подумал он, вероятно, фунтов пять в лучшем случае. — Она крошечная, миссис О'Харли, но выглядит вполне жизнеспособной.

— Ну разумеется. Послушайте, какие у нее легкие. Да она кого угодно оглушит. На несколько недель раньше срока, но… О господи!

Почувствовав новую схватку, Молли напряглась.

— Держите ее. — Доктор передал девочку медсестре, а другой знаком велел придержать Молли за плечи. — Похоже, у вашей дочери появится компания!

— Еще один? — Между болью и бредом Молли начала смеяться. В ее смехе не было ничего истерического, но что-то сильное и смелое. — Черт тебя побери, Фрэнк! Ты всегда умел удивить меня!

По холлу пружинящей походкой вышагивал мужчина, в пятый раз за три минуты вскидывая взгляд на часы. За танцами он проводил столько же времени, сколько за работой. Он был стройным и подвижным, с неизменным оптимизмом во взгляде. Время от времени он проходил мимо маленького мальчика, дремлющего в кресле, и проводил рукой по его склонившейся головке.

— У тебя будет братик или сестренка, Трейс! Нам могут сообщить с минуты на минуту.

— Я устал, папа.

— Устал? — С громким раскатистым смехом мужчина поднял мальчика с кресла. — Сейчас не время спать, мой мальчик! Рождается очередной О'Харли. Это знаменательная ночь.