Марко призадумался. Он понимал, что не в силах отговорить брата от задуманного. А Гейб тем временем продолжил:
– Именно поэтому скандал, связанный с разрывом помолвки, лег позорным пятном на мой будущий титул и почти поставил крест на всей тяжелой подготовительной работе Алекса.
– Понимаю, – Марко мрачно взглянул на старшего брата.
Какие бы убедительные доводы ни приводил Гейб, ему казалось маловероятным, что Сара Мильтон могла похитить ожерелье. Да еще и путалась с Хоуком Кеннеди. Да, она, конечно, красавица, и любой мужчина не пройдет мимо, не оглянувшись, но это вовсе не значит, что она непременно должна быть вертихвосткой.
– Хорошо, что ты это понимаешь. Надо теперь решить, как исправить положение.
– Если ты будешь продолжать в том же духе, – предупредил Марко брата, – то можешь навлечь на себя еще больше бед. И тогда даже сам Алекс со всей его властью и авторитетом окажется не в состоянии тебе помочь. Трижды подумай, прежде чем приглашать сюда Сару. Боюсь, это сыграет против тебя.
Черты лица Гейба обострились. Он напряженно думал. Все его предки были решительными людьми, их не могли смутить никакие жертвы на пути преобразований своей страны.
Да. Гейб идеально подходит, чтобы заменить Алекса во главе Илларии, ему вполне по плечу добиться процветания страны. И все же Марко сомневался, что брат избрал верный путь поиска ожерелья. На его взгляд, запереть пленницу в замке – все равно, что подписать себе смертный приговор в глазах иллирийцев. Марко недоумевал: что-то здесь явно не сходилось.