Никто из присутствующих не взглянул в сторону Девлина.

– Где они? – спросил он хрипло. – Где Стивен? Несмотря на весь свой страх, Форбз самодовольно ухмылялся:

– Тебе хотелось бы узнать, так ведь, Галлахер? Так вот, от меня ты ничего не узнаешь!

– Отлично! – прошептал Девлин.

Веревку еще туже затянули на шее у Форбза, и человек, надевший ее, забрался на сиденье повозки и взялся за поводья.

– Бога ради, давайте с этим кончать, – попросил Мэйнс Пикеринг.

Никому из них не хотелось взяться за это самому. Они были простыми людьми, бизнесменами, имевшими семьи и стремящимися сделать свой городок безопасным для его жителей.

– Подождите! – взмолился Форбз. – Подождите, я хочу сказать что-то важное!

– Ну да, ты бы мог проболтать всю ночь, если бы это помогло тебе смыться, – сказал кузнец Суид.

– Нет, – захныкал шериф-преступник, – вы должны меня выслушать! Галлахер, я знаю, где твой мальчишка, и маленькая девочка тоже! Ты не хочешь, чтобы я рассказал тебе, где Частити прячет их?

Казнь состоялась бы, если бы Девлин не поднял руку, давая знак отложить ее.

– Какая девочка? – спросил он хриплым шепотом.

Форбз рассмеялся словно сумасшедший:

– Твоя маленькая дочь! Частити зовет ее Уиллоу. Дрожь пробежала по телу Девлина. Почти три года назад он нагнал свою сбежавшую жену Частити в Бэннаке, где у него когда-то был участок земли с прииском. Он умолял ее рассказать что-нибудь о Стивене, его сыне, которого она забрала с собой, когда сбежала из дома в Бостоне. Девлин провел ночь с Частити, но пока он спал, она улизнула, прихватив с собой мешочек с золотом. Проснувшись в то горестное утро, он знал о сыне не больше, чем до этого дня.

– Да он просто юлит, – сказал Пикеринг. – Пытается оттянуть время.

– Где они? – спросил Девлин спокойно, подавив бушующие в себе чувства. – Где мои дети?

Форбз пожал плечами.