— Может быть, хочешь печенья к кофе?
Понимая, что смутил ее, Байрон улыбнулся и вернулся на свое прежнее место — к дверному косяку.
— Нет, спасибо.
Даниэлла почувствовала себя почти счастливой, когда вода в чайнике наконец закипела. Она налила в кофейник кипятку и поставила его на поднос.
— Ну вот, все готово.
— Я отнесу.
Она неохотно отдала ему поднос. Но когда его руки коснулись ее пальцев — умышленно или случайно, неизвестно, — ее тело словно пронзило током. В ближайшие полчаса притворство, на которое уже не было сил, будет подвергнуто новому испытанию.
Это пугало ее — она была скверной актрисой.
ГЛАВА ВТОРАЯ
— Я хочу точно знать, как ты жила с тех пор, когда я видел тебя в последний раз. — Байрон сидел, положив ногу на ногу, держа в руке чашку с блюдцем. Ему было интересно, знала ли Даниэлла, как она на него действует. Как сразу забилось его сердце, какими влажными стали его ладони!..
Она слегка пожала плечами.
— Почти нечего рассказывать. Несколько лет назад умер отец.
— О, прости! Как грустно это слышать, — сказал Байрон. — Однако я спрашиваю о другом.
— Но это все.
Он поднял свои густые темные брови.
— Не все. Ты вышла замуж и открыла свой магазин. — Господи, как она хороша! Он так много о ней думал, что даже видел во сне — и не один раз. Но наяву она была намного лучше — просто потрясающей!
— Ты уже об этом знаешь. В остальном я жила совершенно обычной жизнью.
— А те несколько месяцев, когда ты ушла от меня? Что ты делала тогда? — Он никак не мог понять: почему, отказавшись от работы, она не закончила учебу.