– Дай мне отвести с ней душу, Хантер.

– Она поедет со мной.

– За каким дьяволом?

– Постарайся хоть на минуту задуматься. Она знает слишком много. И кто-нибудь может оказаться умнее, чем ты думаешь. К ее словам могут прислушаться.

– Никто не станет слушать эту выскочку.

– Не стал бы полагаться на это.

– Тогда просто подожди, пока я поимею ее, а потом можешь забирать, куда хочешь.

Хантер почувствовал, как крошечное тело испуганно прижалось к его спине и задрожало.

– На подобные глупости нет времени, Мартин. Лучше соображай, как объяснишь ее исчезновение.

Продолжая следить за Мартином, Хантер выудил девушку из-за своей спины и покосился на нее:

– Ты поедешь со мной.

Он подтолкнул ее к лошади и тут почувствовал, что она сопротивляется.

Лина подняла лицо вверх, но практически мало что видела, кроме сузившихся глаз и нахмуренных бровей. Он был преступником. Что бы ни собирался он с ней сделать, добротой здесь и не пахло. Что-то около шести футов жестких мускулов и ни одной мягкой черточки во всем облике. С ним не очень-то поборешься. Но надо совершенно спятить, чтобы отправиться с ним куда-то, к тому же темной ночью. Настоящий разбойник с большой дороги.

Но если она останется в городишке, то ей придется иметь дело с этим гнусным, озверевшим в своей мести и провонявшим дерьмом шерифом. Ее уже бросили за тюремную решетку, обвинили в воровстве, и пока еще никто не выразил желания защитить или хотя бы выслушать ее. Чего можно ожидать от столь сердобольных горожан? Лишь того, что ее быстренько осудят на пожизненный срок и отправят в какую-то солидную тюрьму штата.

– У меня нет выбора, – печально прошептала она.

– Нет, – подтвердил Хантер.