Зная, что, сколько ни вспоминай прошлое, новых сведении или фактов из него все равно уже не выудишь, она принялась размышлять о настоящем и поняла, что оно еще более запутанное и туманное. Поскольку у нее не было ни хотя бы завалящего оружия, ни лошади, ни обуви, а в город возвращаться нельзя, ибо там ее все считают членом банды, то нечего и думать о том, чтобы удрать от этих преступников. Даже если ей удастся раздобыть все необходимое для побега, то куда отправиться? Есть ли на свете место, где ее ждут, где будут ей рады?

На глаза набежали слезы, и ей пришлось поднапрячься, чтобы справиться с собой. Слезы тут, ясное дело, не, помогут, а демонстрировать свою слабость перед преступниками нечего. Но когда первая слезинка все же своевольно выскользнула из-под ресниц, она решила, что если кому и нужно выплакаться, так это ей. Главное – не всхлипывать и не производить никакого шума. Молча глотая слезы, она молилась, чтобы Хантеру не вздумалось начать укладываться спать именно сейчас.

А Хантер сидел и допивал еще одну кружку кофе, не сводя подозрительных глаз с незваной и чересчур привлекательной гостьи. Та отвернулась и делала вид, что спит. Он не был уверен, что все в ее рассказе можно принять за чистую монету. Но как она сама сказала, кому взбредет в голову придумать столь несуразную историю? Законченная лгунья придумала бы нечто более жалостливое и не такое невероятное. Либо она говорит правду, либо очень плохая лгунья.

Он покачал головой. Она смотрела ему прямо в глаза, когда рассказывала о себе. Если бы она плела совсем уж бездарную ложь, он сразу заметил бы. А тут вот поверил, каким бы невероятным ни выглядел ее рассказ. Нет, тут все вроде бы сходится.

Но одна часть ее рассказа вызывала у него сомнения. Судя по болтовне шерифа, у нее была чудовищная репутация в городе. Конечно, этот Кловис мог соврать что угодно, лишь бы выгородить себя, но, возможно, она и впрямь пыталась соблазнить его. Он сам очень рано узнал, что женщины умело пользуются ложью для достижения своих целей. А-а, ладно! Если она не девственница, то, возможно, и его порадует в постели.