Хотя она с надеждой вслушивалась, но так и не услышала криков или звуков с улицы. Боже, наверное, никто ничего и не понял! Так и проспят все на свете, даже собственную смерть! Но, подумав о тех, кому принадлежали эти находящиеся теперь в мешках бандитов деньги, кому они необходимы, чтобы закупить продукты или фураж, оплатить счета или закладные, она снова закипела от ярости на этого громилу, который держал ее так крепко, что и надеяться на побег не имело смысла. Значит, ей не удастся разбудить горожан, чтобы те спасли свои сбережения.

– Почему вы не хотите трудиться, как все порядочные люди, не желаете зарабатывать деньги честным путем? Ведь вы такой большой и сильный.

– Я это и делал, пока одна сумасшедшая сука чуть не отстрелила мне ступню, – прорычал Джед, когда Том помогал ему взобраться на лошадь.

– Просто мы головастее этих жалких накопителей и занимаемся достойным ремеслом, – ответил Люк, возвратившись в банк за последним мешком. – Что будем делать с этой тварью?

Хантер знал, что делают в таких случаях со свидетелями, но не хотел даже думать об этом.

– Возьмем ее с собой.

– Это еще зачем? – не стерпела Лина.

– Слишком много знаешь.

– Я знаю лишь то, что пятеро подонков в масках, отребье подзаборное, захватили то, что им не принадлежит!

Бросив на девушку полный ненависти взгляд, Люк заметил:

– А ведь она права. Что ей о нас известно? Да ничего!

– Сейчас она пока ничего не соображает от страха, но парочка умных вопросов – и из нее польются воспоминания, только успевай записывать. Не-ет, пусть уж она для верности поедет с нами. Так оно надежнее.

В дверь просунул голову Том:

– Кажется, нас заметили.

Лина сопротивлялась изо всех сил, упираясь ногами, пока они вытаскивали ее наружу. Но была слишком легкой, чтобы задержать их. Хантер просто тащил ее волоком за собой.

Когда они оказались за дверью, у нее от неожиданности округлились глаза. Казалось, на улицу высыпал почти весь городишко. Лина заметила шерифа, а за ним – Черити. Поодаль стоял и Кловис. Есть шанс спастись от бандитов!