– Я никогда не говорил, что женщины ни на что не способны, – Маккиннон нахмурился.

– Напрямую – нет, – кивнула Кейси – Но когда я попросила тебя взять меня на работу, ты мне отказал. Разве этого недостаточно?

Маккиннон был готов засмеяться и заплакать одновременно. Он не хотел, чтобы Кейси у него работала, потому что думал о ней исключительно как о женщине, а не как о тренере... Со всеми вытекающими отсюда последствиями.

– Нет, – криво усмехнулся он. – Ты и понятия не имеешь, почему я тебе отказал. Я уверен – в работе с лошадьми женщины могут добиться не меньшего успеха, чем мужчины... Как и в любом другом деле. Взять, к примеру, Утреннюю Зарю Лонг-Ланс Куин. Мало найдется мужчин, способных чувствовать лошадей так, как она, – с неподдельным уважением в голосе произнес Маккиннон.

– А кто она? – Кейси не смогла сдержать любопытство.

– Моя мать, – бросил мужчина через плечо и вышел из спальни.

– Какая вы красавица!

Кейси обернулась. На пороге спальни стояла пожилая женщина с такой доброй и сияющей улыбкой, что было невозможно не улыбнуться ей в ответ.

– Спасибо, – чувствуя себя немного неловко, сказала девушка. – Вы, наверное, Генриетта?

– Она самая, – женщина весело рассмеялась. – А вы очень похожи на своего отца, только в тысячу раз симпатичнее.

– Спасибо, – еще раз поблагодарила Кейси.

– Маккиннон не велел вас беспокоить, но я подумала, это поможет вам скорее привыкнуть к новому месту и украсит комнату. – Генриетта протянула девушке букет цветов.

– Какие красивые! – искренне воскликнула Кейси, принимая букет.

– И я так думаю, – Генриетта удовлетворенно хмыкнула. – Перед домом у меня разбит цветник, за которым я сама и ухаживаю. Маккиннон все грозится засадить это место газонной травой, только он не посмеет.

– Не посмеет?

– Я ему тогда такое устрою! Я ведь помню его еще вот та-а-кусеньким, он тогда был еще младенцем. Орал – будь здоров! – Генриетта рассмеялась.