— Да, уж это всем известно — ты немало повидала пиратов на своем веку, — саркастически отвечала она.

Тут же она ощутила, как в ней заговорила совесть, хотя их с Беттиной и нельзя было назвать подругами в полном смысле этого слова. Беттина была слишком целомудренна и легкоранима, чтобы получать подобные суровые выговоры. Ее зеленые глаза мгновенно повлажнели от слез, готовых пролиться ручьями. Воспитанная в тепличных условиях, она и так чувствовала себя ужасно виноватой, что ослушалась родителей и убежала на самостоятельную прогулку по заморскому базару.

— Прости меня, — как можно мягче сказала Шарлотта. Сердце у нее разрывалось при виде того, как Патрик подхватил танцовщицу с импровизированной сцены и швырнул мелочь сшивавшемуся поблизости бродяге. — Мы… мы сейчас пойдем.

Приказав себе не оглядываться, Шарлотта передернула плечами и направилась, как ей казалось, в сторону дома-Винсентов. Ее чувства были в полном расстройстве от столь неожиданного столкновения с Патриком Треварреном. А мысли о том, куда и зачем он мог отправиться с этой танцовщицей, просто повергали ее в шок.

Ее собственные смятенные чувства и нараставшая тревога Беттины весьма затруднили поиск обратной дороги. Они пришли сюда немногим больше часа назад, но тогда их путеводителями были запахи и гомон, царившие на базарной площади. А теперь они не были способны отличить одну узенькую улочку от другой, чтобы из их великого множества выбрать ту, которая привела бы в спокойное, безопасное место, так неосмотрительно ими оставленное.

— Я так и знала, — захныкала Беттина, утирая слезы паранджой. — Мы заблудились!

— Тише! — нетерпеливо одернула ее Шарлотта. — Мы сейчас вернемся на базар и спросим дорогу.

— Но ведь мы не знаем языка, — с доводящей до бешенства педантичностью напомнила ей Беттина.

— Ну, тогда мы просто начнем искать сначала и будем проверять одну улицу за другой, пока не найдем нужную, — отвечала Шарлотта, однако в ее словах было гораздо больше уверенности, чем в мыслях.