— Я помню тот вечер…

Мэри неловко переминалась с ноги на ногу, прижимая к груди альбом.

— Это что, осуждение? — спросила она неуверенно.

— Нет, на расстоянии я наслаждался каждой минутой. — Уголки его губ поползли вверх.

— Почему на расстоянии? — Мэри затаила дыхание, завороженно глядя на Джефа и забыв, что он помолвлен.

— Рядом с тобой… теряешь голову.

— Чем же тебе помочь?

Приятно было осознавать, что из-за нее респектабельный врач и впрямь теряет покой. Но поскольку он ей доставляет одни мучения, высшая справедливость требует, чтобы и ему приходилось несладко. Впрочем, будущее мистера Мейсона тщательно распланировано на многие годы, и для нее места в нем нет. Об этом он заявил открытым текстом.

— На что ты меня толкаешь? — Джеф обжег ее таким взглядом, словно разгадал порочные, греховные замыслы. Увы, рядом с ним она и впрямь потеряла всякий стыд.

— Я всего лишь поддерживаю разговор. — Мэри извлекла из кармана огромных размеров платок и поднесла его к покрасневшему носику.

— Ну и видик у тебя, — покачал головой Джеф. — Может, и я могу чем-то помочь?

— Спасибо тебе большое. Весьма любезно с твоей стороны напомнить о том, как кошмарно я выгляжу. Сама о себе позабочусь.

— Я в этом не сомневаюсь…

Сияя добродушной улыбкой, в гостиную возвратилась Линда Грант и торжественно водрузила на столик поднос с чаем и булочками.

— Как славно, что вы развлекли мою дочь. Такая несносная пациентка!

Джеф обменялся понимающим взглядом с хозяйкой дома. Мэри насупилась.

— Можно подумать, что он только и делает, что навещает больных и страждущих. Тоже мне, святой выискался.