– Только вчерне, – солгала я. Написанная лишь наполовину, диссертация пылилась на моем письменном столе с февраля, в то время как я вновь и вновь просматривала видеозапись «Гордости и предубеждения».

– Это чудесно! – сказала Вера.

– Мы все гордимся тобой, – с улыбкой добавила Бев. Но мне показалось, что она покривила душой: в ее словах прозвучала некоторая фальшь.

– Когда сюда вновь заявится Мэри Эллис Рейни, чтобы похвастаться своим сыночком, имеющим докторскую степень, я заткну ей рот, сообщив, что моя дочь тоже защитила диссертацию, – проворковала Мэгс и, подмигнув мне, отхлебнула из бокала.

Я глупо хихикнула. Бев кашлянула. Посмотрев на нее, я увидела, что улыбка сползла с ее лица. Поставив бокал на стол, Бев выпрямила спину и строго произнесла:

– После стольких трудов тебе, деточка, нужно хорошенько отдохнуть и развлечься. Ведь наша жизнь состоит не только из одной работы, верно?

Вера и Мэгс обменялись заговорщическими улыбками.

Я сделала большой глоток джина с тоником, поставила бокал на столик и встала, давая понять, что сыта их светской болтовней по горло. Уперев руки в бока, я спросила без обиняков:

– Так что вы задумали? Выкладывайте! Довольно ходить вокруг да около.

– Я не совсем понимаю, что именно ты имеешь в виду, – заявила Бев таким тоном, который не оставлял сомнений в ее осведомленности.

Я сложила руки на груди и закатила глаза к потолку, как делала в отрочестве, когда устраивала дома скандалы.

– Ах, не понимаешь? Мэгс обманом выманила меня сюда на все лето, сославшись на жуткие боли в спине...

– Ну зачем же так нервничать из-за шутки?– перебила меня Мэгс, хохотнув.

– А вам советую помолчать, леди! – Я негодующе проткнула воздух указательным пальцем, вытянув руку в направлении Мэгс. – Вы и так уже проштрафились и попали в мой черный список!

Всплеснув руками, Вера взволнованно воскликнула: