Балабан заметил, что одна женщина получила семьсот рублей. Он двинулся следом, но ее ждало такси, и Балабан проводил ее злым взглядом.

...Спиридон Климунда так спешил, что не обратил внимания на парня в полосатом пиджаке, который, подняв голову от газеты, цепким взглядом следил, как он считает десятки. Климунда спрятал деньги и направился к троллейбусной остановке. В тот же троллейбус сел и парень в полосатом пиджаке.

Климунда вышел на площади, и Балабан выпрыгнул вслед за ним. Подумал: сейчас тот зайдет в магазин и истратит деньги на какое-нибудь барахло. Но эта мысль не смутила его.

Он уже жалел, что увязался за этим молодым человеком со спортивной выправкой. Лучше было бы дождаться какой-нибудь женщины, догнать ее в пустом подъезде. Тогда можно было бы отобрать деньги культурно и вежливо, даже поблагодарить...

Тем временем молодой человек пересек улицу. Шел быстро, помахивая левой рукой. Правую не вынимал из кармана. Он уже видел нужный дом. Зоя говорила: парадное между хлебным магазином и кафе. Так и есть - огромные старые двери, да и дом, вероятно, стоит сотню лет. Ему на предпоследний этаж, квартира справа, звонить дважды.

Зоя пообещала дубленку. Они сразу договорились о цене. Спиридон знал, что на этой дубленке он что-нибудь заработает. Был у него клиент, давно уже просивший достать дубленку и обещавший хорошо заплатить.

Климунда торопился: нести дубленку домой не годилось, надо было еще съездить к клиенту, а в двенадцать быть уже в институте, где Спиридон работал тренером по настольному теннису.

Вспомнив о работе, Климунда недовольно поморщился: мороки много, платят копейки... И все же для отвода глаз он вел кружки в трех учреждениях. Не будешь работать - осудят как тунеядца. К тому же тренерская работа давала ему возможность развернуть иную деятельность скупать у спортсменов, приезжавших из-за границы, а также у зарубежных туристов разные вещи и продавать с выгодой для себя. Не брезговал Климунда и валютой, небольшими суммами долларов, фунтов, франков и лир.