Однако почему-то он выглядел более мужественным, чем все мужчины вокруг, будто всеми порами выделял тестостерон, и женщины чувствовали это. К тому же его тело было мускулистым. Свободная черная тенниска и пиджак скрывали мышцы, но Сара знала, как двигаются и держатся мужчины в прекрасной физической форме. К сожалению, инспектор совсем не умел улыбаться и не желал учиться этому искусству. Его фигуре Сара отдала должное, а о недостатках характера мысленно пожалела.

— В каких отношениях вы состоите с судьей Робертсом? — осведомился он нейтральным тоном на грани равнодушия. Он смотрел на Сару снизу вверх, резкие тени на его лице мешали понять, что оно выражает.

— Судья Робертс — мой работодатель.

— Чем же вы занимаетесь?

— Я экономка, точнее, то, что в мужском варианте называется «дворецкий».

— Дворецкий… — повторил он так, словно впервые слышал это слово.

— Я занимаюсь домом, — объяснила Сара.

— И что это значит?

— У меня масса обязанностей: надзор за прислугой, организация ремонта и всевозможных услуг, иногда — приготовление пищи. Я должна следить, чтобы одежда судьи была чистой, обувь — начищенной, чтобы машина была в исправности и ее регулярно мыли, счета оплачивали и в целом — чтобы судье не досаждали те, кого он не желает видеть.

— В доме есть прислуга?

— Только приходящая: уборкой занимаются две женщины, которые приходят дважды в неделю, садовник работает три дня в неделю, секретарь — раз в неделю, кухарка готовит обеды и ужины с понедельника по пятницу.

— Ясно… — Кахилл просмотрел свои записи. — Стало быть, дворецкому полагается владеть боевыми искусствами?

Изумившись, Сара задумалась: чем она выдала себя? Разумеется, она не могла не заметить великолепный удар, которым инспектор свалил с ног детину-грабителя, и сразу поняла, что и он знает толк в боевых искусствах.