Помощник режиссера – мальчишка, который выглядел так, словно только что окончил школу – быстро объяснял что-то дублерам.

– Спасибо, на сегодня закончили.

– Послушайте, я с вами разговариваю! – возмутилась Джейн. Дублеры поспешили уйти с площадки. Мальчик, с волосами песочного цвета, вежливо обратился к Джейн:

– Я найду мистера Новака, мэм.

Она наблюдала, как он быстрым шагом направился к выходу из павильона. Оглядев площадку, Джейн почувствовала жар от горящих под потолком софитов. Осветитель, стоя на высокой стремянке, смотрел на нее сверху.

– Эй, вы! Что вы так смотрите? – вспыхнула она.

Он не ответил и, спустившись со стремянки, вышел из павильона.

– Джейн, вот ты где!

Серена Маккормак направлялась к ней, широко улыбаясь и чуть покачиваясь на высоких каблуках. Серена. Бирюзовые глаза и копна рыжих вьющихся волос… Ее приветствие звучало искренне. Ее дикция была безупречна, ее голос на редкость мелодичен. Джейн ненавидела ее, но, конечно, Серена не должна была об этом знать. Это не касалось ее лично. Просто так получилось, что Серена стояла у нее на пути. Всегда и во всем. Ее любила пресса, обожали режиссеры… Разве этого недостаточно, чтобы прийти в ярость?

– Хм-м… Привет, дорогая.

– Что случилось? – спросила Серена.

– Эти люди не выполняют свои обещания, – покусывая верхнюю губу, сообщила Джейн.

Джим Новак, привлекательный мужчина средних лет, появился на площадке в сопровождении парнишки с песочными волосами. Казалось, сначала он не замечал Джейн, хотя ассистент передал ему, что она ищет его, чтобы поговорить. Вполголоса консультируясь о чем-то по громкой связи, он пересек съемочную площадку и остановился у стола, недалеко от того места, где стояла Джейн Данн.

– Я говорил «свежие цветы», ребята, – бросил он ассистенту. – Разве я просил увядшие? Нет, не думаю. Вы знаете, что означает слово «свежие»? Так вот…

– Мистер Новак! – Джейн расстроилась, поняв, что почти прокричала его имя, чтобы привлечь к себе внимание.