– Сравнила! Люк стал бандитом, он ограбил магазин.

София вспомнила свою школьную любовь: татуированного хулигана. На уроках он был нем как рыба, зато необычайно красноречив в постели. Да и кто в семнадцать лет думает о том, сможет ли парень поддержать разговор на вечеринке, если зайдет речь о марксизме? Несомненно, хулиганы тоже занимают определенное место в жизни девушки, в идеале, конечно, небольшое, но все же занимают.

– Папе надо лечиться.

– Кажется, мы уже давно это знаем, – напомнила Дебби.

София застонала.

– Когда ты возвращаешься домой? Ты живешь у Рикки почти неделю.

София посмотрела на Рикки. Тот болтал через проход с девушкой из отдела «Ла Прери».

– Скоро. Вчера ночью, после того как Бен проводил меня до квартиры, меня вырвало на кушетку Рикки. И это после того, как Мистер Пиклз испортил его любимый ковер! Он не нарочно, думаю, он просто переживал, что меня нет дома.

– А какое оправдание у тебя?

– Видно, у меня проблемы со спиртным.

– Ты не против, если я закончу разговор? Боюсь, я наговорила уже долларов на двенадцать. Тем более что таксист только что подрезал мусоровоз, чтобы высадить меня прямо у двери. Сейчас он показывает кому-то палец. Как бы он не вызвал беспорядки.

– Ладно, расплатись с ним и иди сюда.

Повесив трубку, София рассмеялась и покачала головой. Похмелье, кажется, наконец прошло. Она даже могла снова думать о еде без тошноты. Телефон снова зазвонил. На этот раз ей уже не казалось, что звонок дребезжит прямо у нее в черепе. И как только Бен и его приятели могут напиваться каждую ночь?

– Алло, – бросила она небрежно, почти рассеянно.

– Алло? София, а где же «„Аспен косметикс“ слушает»?

Вот невезуха. Звонила Рэйчел Мартин из бухгалтерии головного офиса. Ее не интересует ничего, кроме количества продаж в час. Живая счетная машина и ужасная зануда.

– Извините, Рэйчел, я отвлеклась.