В этом замкнутом кругу существовало только одно правило, которое Лили хорошо знала и неукоснительно ему подчинялась:» Не пойман — не виновен «. Хозяйки салонов, где придерживались старомодных взглядов, косо смотрели на кружок Эмили, но Роухэмптоны являлись слишком важными и знатными персонами, чтобы заботиться о том, что болтают у них за спиной. А тот хорошо всем известный факт, что новый король, Эдуард VII, был частым гостем в Котильоне, заставлял умолкнуть самые злые языки.

Конечно, существовала вероятность, что Эмили Роухэмптон заставит сына отказаться от женитьбы на никому не известной девушке, чье воспитание и происхождение было, мягко говоря, сомнительным. Но Эмили нуждается в деньгах и вряд ли устоит перед богатым приданым, рассуждала практичная и расчетливая Лили. Ни один из Роухэмптонов не обладал достаточными средствами, и, хоть Дрого, разумеется, был состоятельным человеком, Котильон являлся монстром с чудовищным аппетитом, готовым истощить любое, даже огромное, состояние.

Когда Лили воскрешала в своей памяти Котильон, это громадное поместье с замком, занимающим несколько акров земли, с парками и садами, прудами и оранжереями, фермами и конюшнями, то она понимала, что появление богатой невесты не вызовет у Эмили Роухэмптон ничего, кроме радости. А деньги заставят ее закрыть глаза на множество других недостатков.

Джордж никогда не преувеличивал, и если он сказал ей, что его племянница является владелицей нескольких миллионов долларов, то так оно, несомненно, и было. Лили сразу подметила благоговейные нотки в его голосе, которые появлялись когда речь заходила об этом неожиданном богатстве, и ей хватило ловкости отвлечь внимание Джорджа от своих собственных проступков на разговор о подготовке к приезду племянницы.

Вследствие этого Джордж обошелся с ней не так сурово, как того ожидала сама Лили и как, несомненно, было бы в любое другое время.