Диана постаралась выйти из элегантно обставленной комнаты с той неторопливой грацией, которая отличает женщину, не несущую на своих плечах бремя каких-либо проблем.

Она слышала, как слегка скрипнуло кресло Поля, когда он вставал из-за стола. Послышались его негромкие извинения, произнесенные бархатным голосом, а затем звук уверенных шагов, следующих за ней.

В соседней просторной гостиной она сняла трубку телефона и, как всегда, вызвала себе такси. Затем ей все же пришлось повернуться лицом к Полю.

— Что-нибудь не так, дорогая? Ведь мы же договорились, что ты проведешь эту ночь со мной. Прошу тебя, останься. Я соскучился. Целых три недели без тебя...

Поль положил руки ей на плечи, и нервное напряжение сковало тело Дианы. Его низкий чувственный голос наполнил ее тело жаждой, которую мог утолить только он. Властные прикосновения его пальцев жгли ее кожу даже через светло-охристый шелк, окутывающий плечи, вызывая желание броситься в его объятия, коснуться руками потрясающего лица, запустить пальцы в густые шелковистые темные волосы и слиться с ним в поцелуе.

Ценой неимоверных усилий, обретая самоконтроль, Диана сделала шаг назад, пытаясь создать хоть какое-то спасительное пространство между ними, стремясь удержать слезы, готовые пролиться в любую секунду.

Что-нибудь не так? Да все не так! Их легкое приключение становилось все серьезнее и затягивало ее все глубже. Она стала все больше зависеть от него. Она сердилась и обижалась, когда Полю по каким-либо причинам приходилось отменять их свидания, скучала по нему все сильнее. А когда он уезжал из Сан-Франциско, она не могла думать ни о чем другом, кроме него, часами не отходя от телефона. 

Диана стала бояться, что вот-вот влюбится в него без памяти, что полностью попадет под власть его шарма... Ей вовсе не хотелось стать рабыней своей любви. Но теперь можно не опасаться, что он догадается о ее чувстве. Теперь всему конец.