Он наклонился над ней, стягивая вечернее платье с ее стройных ног, и не мог оторвать от нее глаз. На ней были трусики — тонкая полоска шелка и кружев, — гармонировавшие с лифчиком.

— Я собираюсь заставить Деса есть из моих…

— Рук? — Ему снова пришлось заканчивать фразу голосом, дрожащим от желания, которое она вызывала в нем. Ему все труднее становилось контролировать себя в ее присутствии. Надо научиться сдерживаться.

— Он мне нужен.

Колин прочистил горло.

— Ошибаешься. Ты все придумала. А на самом деле хочешь другого. Тебе нужно получить пятьдесят процентов «Бэрон интернэшнл», которые Дес унаследует от дяди Уильяма, когда тот умрет, а ты приобретешь главный пакет акций и сможешь диктовать условия своим сестрам.

Он натянул рубашку ей на ноги.

— Да нет. — Она прижала руку к виску. — Когда мы поженимся, я получу пятьдесят процентов бизнеса нашей компании.

— Именно это я и имел в виду.

Она замолчала, подыскивая нужные слова, чтобы ответить.

— Ты желаешь дяди Уильяму смерти?

Она широко распахнула глаза и сразу закрыла их.

— Нет, я люблю его.

— Иногда мне кажется, что ты не знаешь, что такое любовь, — пробормотал он. — Это чувство никак не вписывается в твои планы.

— Что?

— Успокойся и сядь, пожалуйста.

Колин помог ей сесть на кровати. Он вертел ее в руках, словно куклу. Приподнял, вытащил из-под нее одеяло, положил ее голову на подушку. Ей не становилось лучше, и она была совершенно беспомощной.

— К тому же вряд ли ты получишь эти пятьдесят процентов. Дес захочет сам распоряжаться ими.

— Когда мы поженимся…

— Если вы поженитесь, ты хочешь сказать. Предположим, что тебе удалось выйти за него замуж. Неужели ты и вправду думаешь, что, очарованный тобой, он забудет о наследстве?