– Капитан! Над судном развевается «Веселый Роджер»! – повторил впередсмотрящий с «вороньего гнезда». – Они атакуют нас!

Это был Дэви О'Дэй из графства Корк, недавно нанявшийся на корабль отца Скай.

– Череп и кости! – с отвращением произнесла Скай, стоявшая рядом с капитаном Холмби.

Дэви смотрел вниз, на девушку, и его страх за собственную жизнь слабел, вытесненный восторгом от созерцания горящих золотом волос, нежного и умного личика, неотразимых аквамариновых глаз. Плащ с капюшоном окутывал ее женственную фигуру, а напор ветра трепал завитки ее прекрасных кудрей. Пребывая в опасности, в страхе или веселье, она, казалось, излучала свет, испускала трепетные импульсы жизни, сама становясь частицей бури и шторма.

Юноша стал ее обожателем с той минуты, когда она впервые ступила на борт корабля – с неизменной улыбкой, всегда оставаясь леди и проявляя живой интерес ко всему, что ее окружало. Он влюбился в нее со всей пылкостью ирландского мальчишки-сорванца и поклялся, что с радостью отдаст за нее жизнь… Пираты! Матерь Божья!

– Мистер Глисон! – обратился капитан к своему первому помощнику. – Мою трубу, сэр!

Со смешанным чувством страха и возбуждения Скай наблюдала, как старший помощник выступил вперед и вручил капитану подзорную трубу. Погода разбушевалась этим утром, судно швыряло и качало, как щепку по белоголовым валам, катящимся по Атлантическому океану. В воздухе стоял запах бури, небо стало свинцового цвета, заметно холодало, крепчал соленый ветер.

В такой день надо опасаться гнева Божия, но в те времена никто из путешествовавших по морю не забывал и о страхе перед кровожадными пиратами. Ведь морские разбойники – Черная Борода, Красотка Энн Бонни, Одноглазый Джек или Серебряный Ястреб – смотрели на встречные корабли как на подарок себе, и весьма приятный подарок!