Скай метнулась к двери, чуть приоткрыла ее. И тотчас ужас заполнил ее сердце, разлился по жилам, ледяным холодом объял душу.

Старый добрый капитан лежал мертвым у самых ее ног! Хотя офицеры и матросы все еще дрались на палубе, было до боли ясно, что в этом морском сражении победа досталась пиратам.

Скай зажала руками уши и закрыла глаза. Как жаль бедного галантного капитана и его людей!

Затем глаза ее опять широко раскрылись. До нее донесся женский визг, и она поняла, что пираты обнаружили внизу в трюме ее молоденьких горничных, совсем недавно покинувших тихую ирландскую деревню. Бесси отчаянно вопила, Тара захлебывалась жалобными стонами. Обеих женщин уволокли на середину верхней палубы. Сухое дерево вокруг пылало как свеча, повсюду продолжались мелкие схватки. Но храброго рыцаря, который встал бы на защиту служанок, не было и в помине – и офицеры, и матросы сражались сами за себя.

– Нет! – прошептала Скай, прикусив нижнюю губу.

Атаки бушевавшего океана не прекращались. Вокруг стоял отвратительный смрад горелого дерева и мяса. Но негодяев ничто не останавливало. Они проволокли голубоглазую белокожую Тару по палубе и швырнули бедняжку на большую лохань. Напавших на девушек было четверо: юнец с едва пробивавшейся белесой бороденкой, другой – тип с выбитым передним зубом, еще один – в летах, седобородый, и, наконец, отвратительный детина со жгуче-черной шевелюрой и желтыми, потемневшими от табака зубами.

Скай отступила назад, под прикрытие двери. Что же делать? Корабль заполонили дикие звери, и силы добра, безусловно, уступали злу…

Но ведь, в конце концов, они непременно найдут ее. Не лучше ли умереть сражаясь, чем забиться в угол и быть пойманной, как лиса?

Ее не страшила битва за жизнь. Она боялась только тесных темных закоулков, из которых нельзя убежать. Скай взглянула поверх стола, туда, где на стене висели два отличных дамасских клинка. Корабль в этот момент накренился, словно склоняясь перед штормом, готовым поглотить их всех, похоронить на дне морском.