Когда я приезжаю к родителям, то гуляю с собаками вместе с папой, и Блэк в поисках защиты от двойной тирании – отцовской и Рониной – бежит ко мне, начинает лизаться и ласкаться. К искреннему огорчению и недовольству Роны, которая считает Блэк своей собственностью, в силу чего Блэк должна подчиняться только ей, ну, понятно, и отцу. А тут вдруг такое вопиющее нарушение субординации: мятежные ласки и облизывания неизвестно кого!
Признаться, я скучаю по добрятине Блэк. Наверное, я слишком часто рассказывала о ней Шарлю, потому-то он и привез из Гавра черного мохнатенького щенка. Так, о чем я? Ах да, я спрошу Шарля, как зовут щенка, а потом подружусь с ним. Обязательно подружусь, и хорошо бы он оказался таким же ласковым, как Блэк. Он ведь ньюф, а ньюфы – добрые, у Блэк точно в родне были ньюфы. Они очень большие, потому и добрые. Мне вообще кажется, что все большие животные добрые, хотя, конечно, это не так, но все равно в кошках мне не хватает размера. Впрочем, может, и хорошо, что кошки маленькие, разве большая собака смогла бы так уютно выводить убаюкивающий мотив, свернувшись рядышком на подушке? Роне бы такое даже не пришло в голову! А Блэк просто-напросто задавила бы меня, я задохнулась бы под ее тяжестью. И потом, какой бы чистой собака ни была, от нее все равно в той или иной степени пахнет мокрой псиной, а от котенка ничем не пахло. Разве что теплым мехом, как от дорогой норковой шубы.
Я никогда не имела дел с кошками, но не может быть, чтобы от них не пахло совсем! Они ведь едят рыбу, а потом вылизывают себя, так что, по логике вещей, они должны пахнуть рыбой. А еще говорят, что коты противной вонью метят свою территорию. Но Казимир не метил! Может быть, он слишком мал, потому и не метит, и не пахнет? Любопытно. У кого бы спросить?