– Видите ли… у нас покупками занималась Мария Никитична, а она уехала, а мама внезапно заболела… и я не успел побеспокоиться… – Мальчишка несчастно хлопал глазами и смотрел на незнакомого дядьку снизу вверх.

Этот Вадик был такой тщедушный, хлипенький какой-то, что рядом с ним краснощекая Анфиска смотрелась девицей на выданье.

– Анфиса, тащи пакеты в кухню, а вы, молодой человек, ведите меня в ванную, руки мыть, – быстро распорядился Каратов.

Вадик старался быть вежливым, но в глазах плескался страх. Ясное дело – мать болеет, чего уж тут…

Глеб прошел в просторную спальню, куда привел его Вадик, и остановился.

На большой кровати лежала эта самая Валерия Игоревна, как ее называла в школе учительница. Теперь она выглядела совсем по-другому. Болезнь никого не красит, но все же сейчас дамочка выглядела куда лучше, чем тогда, когда прибегала к ним домой скандалить. Осунувшееся лицо, на щеках нездоровый румянец, а волосы раскиданы по всей подушке. Ведь нормальные волосы, чего она их вечно в кукиш какой-то сгребает?

– Давайте посмотрим, что тут у нас… – сел к ней на кровать Глеб. – Вадик, а чего врача не вызвали?

– Так мама… она как-то быстро заболела. A Анфиса сказала, что лучше к вам обратиться…

– Градусник есть у вас?

– Вот… – Мальчишка суетливо принес градусник.

– Хорошо…

Лера вдруг открыла глаза.

– Доктор, я… мне… я немножко простыла… – виновато сообщила она. – Мне… только денек отлежаться…

– Разберемся… Давайте-ка, дамочка, мы вас сейчас осмотрим…

В дверь заглянула Анфиска.

– Вадька! – громким шепотом позвала она. – Иди сюда, чего там торчишь? Как у вас чайник включается?

Вадька понесся к подруге.

– Доктор, у меня ничего серьезного? – теперь такими же испуганными глазами, как у сына, смотрела на Глеба Лера.

– Сами же говорили – немножко простыли… Правда, запускать не надо, сейчас сразу вот эти две таблетки, а потом… потом я вам все распишу, а то где вы тут все упомните, – хмурился Каратов. – A после… после к участковому… если нужен больничный.