— Как Тони воспринял это? — спросил Патрик. — Он, наверное, не совсем понял, что произошло? Слава Богу, он еще так мал. Ему будет легче это пережить.

— Надеюсь, что так, — кивнула Линда. — Нам с ним теперь придется совсем по-другому устраивать свою жизнь. Конечно, мы не вернемся в Колумбию, нас там никто не ждет… Но и здесь мы жить не будем: я должна найти работу.

— Ну конечно! — Он слегка нахмурился. — Если я, то есть Грейс и я сможем вам быть чем-нибудь полезны, непременно сообщите.

— Спасибо. — Линда была совершенно уверена, что он говорил искренне. — Вы очень добры.

— Не стоит благодарности — Патрик тепло пожал ей руку. — О, вот идет моя жена — надеюсь, вы знакомы? И с ней Дейвид. Уверен, в это трудное время он будет вам опорой.

Линда сформулировала бы это по-другому, но вмешательство Грейс прервало ее печальные мысли.

— Дорогой, — сказала Грейс, взяв мужа за руку и едва кивнув Линде, — нам пора идти. Мы не должны быть навязчивыми и… О, Линда!

Ее удивление было почти натуральным.

— Прошу извинить! Я не разобрала, с кем это Патрик говорит. Позволь выразить тебе мои соболезнования. Это было ужасно! Ты, должно быть, совсем с ума сошла от горя.

— Да. — Линда постаралась ответить столь же непринужденно. — Это… это действительно было ужасно. И так неожиданно! Алан думал, что эти люди его друзья…

Ее голос неожиданно задрожал. Очевидно, напряжение последних часов давало себя знать, но расплакаться сейчас — при Дейвиде, который стоял позади Грейс и ловил каждое слово, — это уж слишком. А необоснованная антипатия, которую Линда испытывала к Грейс, только усилилась на фоне доброты ее мужа.

Ну, я уверена, что Патрик заверил тебя в нашей полной готовности помочь, если надо… — добавила Грейс. У нее был приятный голос, но нервы Линды натянулись как струны. — Пойдем, дорогой. Ты не забыл, что к нам в семь придут Уэбстеры? — Она вызывающе оглянулась. — Не сомневаюсь, что мы можем поручить Линду заботам ее деверя.