Ее мысли снова унеслись в мир грез. Словно издалека она услышала голос Хелен:

– Энджи, это Никос Кириакос, президент компании «Кириакос инвестментс».

Никос Кириакос.

Это имя прозвучало как угроза, вернув ее к реальности, и она, попятившись назад, отдернула свою руку с такой силой, что карандаш, который она держала в другой руке, упал на пол.

Она никогда не слышала о «Кириакос инвестментс», зато была наслышана о Никосе Кириакосе. Последние полгода это имя не сходило с уст ее матери и заставляло ее саму плакать по ночам.

Чувствуя, что атмосфера в комнате накалилась до предела, Хелен прокашлялась и указала на дверь.

– Может, нам лучше…

– Оставьте нас, пожалуйста, миссис Найтли, – произнес мужчина тоном, не допускающим возражений. Темные проницательные глаза буравили Энджи. – Я хочу поговорить с мисс Литтлвуд наедине.

– Но…

– Все в порядке, Хелен, – с трудом выдавила Энджи.

Все далеко не в порядке.

Ее колени дрожали. Ей не хотелось оставаться наедине с этим человеком, которому неведома мораль. Теперь она поняла, на кого он похож: на Ареса, бога войны. Мужественного и прекрасного, но несущего смерть и разруху.

Расправив плечи, Энджи приготовилась к схватке. Ради своей семьи она должна противостоять ему. Проблема заключалась в том, что она не любила конфликтовать. Разве ее сестра Тиффани не смеялась над ней из-за того, что она предпочитала все решать мирным путем? Единственными спорами, в которые вступала Энджи, были научные. Все, чего ей сейчас хотелось, это убежать и спрятаться.

Но затем Энджи вспомнила свою сестру – белокурую, красивую, веселую, а затем мать, обезумевшую от горя, и все те слова, которые она собиралась бросить в лицо Никосу Кириакосу, если они когда-нибудь встретятся.

Почему я должна бояться оставаться с ним наедине? Что еще он может сделать моей семье?