Мы с Дуськой уже подружились необыкновенно. Не поверите, но научил ее играть со мной в догонялки: я прятался, она меня искала, а как найдет где-нибудь за дверью - нападает на меня. Гонялась за мной, если я от нее убегал или делал вид, что убегаю. Меня удивляла сообразительность кошки. В цирке видел дрессированных кошек. Так то - в цирке, а тут - вот она: в моей квартире живет этакая дрессированная циркачка и чего только не вытворяет. Ну, и озорная же она, кстати. На второй день пребывания в моей квартире она подошла - поверите? - к тапкам, Людмилой оставленным, и нагадила в них самым непристойным образом. Пришлось мне тапки эти выбросить на помойку. Ну, не мыть же мне их, еще чего не хватало! И аспирин закончился! Все, от жены моей прежней только дух и остался в квартире. Со временем, как я рассчитывал, и духу тому придет "кирдык". Скорее бы! Зарядили дожди, серые свинцовые тучи низко нависли над промокшей до крайности землей; я глядел из окна на одиноко бредущих и редких путников, сгорбившихся под зонтами, а сам, глядя на них, зябко ежился. Промозглая погода и осенняя сырость мне были противны от одного о них воспоминания или вида из окна. Информацию о владельце того "Опеля", который засветился у озера в Выселках, я, наконец, получил от Васильича: это был некто Плахин Константин, мужчина 28 лет, с богатым уголовным прошлым. Был он сотрудником в фирме "Кристалл", которая занималась экспортомимпортом продовольственных товаров по странам СНГ и дальнему зарубежью. В детали я особо не вникал, но главой фирмы можно было бы и заинтересоваться: этот тоже из бывших уголовных, но с экономическим образованием, Кротов Степан, по кличке Крот. Уголовное его прошлое было богатейшим. Информацию Егорьеву я, на всякий случай, перепроверил через компьютерную сеть прокуратуры и милиции - от Левы Авербуха. Она соответствовала той информации, которую мне предоставил Егорий из других, своих, источников. Соответствие полное.